Сокровище «Academia»: тайны и откровения «Тысячи и одной ночи» в советскую эпоху

В истории отечественного книгоиздания есть издания, которые со временем превращаются в настоящие легенды. Восьмитомная «Книга тысячи и одной ночи», выпущенная издательством «Academia» в 1930-х годах, — безусловно, одна из них. Это не просто сборник сказок, а монументальный памятник культуры, чья судьба неразрывно связана с эпохой, великими учеными и трагическими страницами истории.

Сегодня мы поговорим об этом уникальном издании, его особенностях и о том контексте, в котором оно появилось на свет и возвращалось к читателям в последующие десятилетия. «Книга тысячи и одной ночи» в переводе с арабского подлинника выходила в Ленинграде с 1929 по 1939 год. Первые три тома были выпущены самим издательством «Academia», а завершающий, восьмой том, вышел уже в 1939 году под маркой Гослитиздата, так как «Academia» к тому времени прекратила свое существование . Это издание до сих пор считается одним из самых красивых в истории «Academia». Восемь томов в издательских коленкоровых переплетах с художественным тиснением, в иллюстрированных суперобложках, с ляссе (ленточками-закладками). Каждый том снабжен множеством иллюстраций и заставок, выполненных по мотивам старинных восточных рукописей художником Н.А. Ушиным . Держать в руках такой комплект — настоящее наслаждение для библиофила.

В чем же главная ценность этого издания для ценителя? Ответ прост: впервые на русском языке «Тысяча и одна ночь» была выпущена целиком в прямом переводе с арабского подлинника. До этого российские читатели довольствовались сокращенными переводами с французского или английского . Над переводом работал выдающийся арабист Михаил Александрович Салье, чей труд стал классическим.

Однако, говоря о полноте текста, важно упомянуть об одной особенности, на которую стоит обратить  внимание. Действительно, издание «Academia» было максимально полным для своего времени, но оно выходило в условиях жесткой цензуры 1930-х годов. Как отмечают знатоки, «некоторые моменты в тексте смягчены в связи с цензурными условиями» .

Поэтому, когда в 1950-х годах (издание 1958-1960 годов под редакцией М. Малышева) перевод М.А. Салье был переиздан, текст претерпел некоторые изменения. Исследователи указывают, что в этих послевоенных переизданиях (в том числе в ГИХЛ, 1959) уже присутствуют цензурные купюры . Так что, если вы ищете текстологически наиболее полную версию легендарного перевода, без позднейших изъятий, ориентация именно на первые тома «Academia» и позднейшие научные репринты будет абсолютно верной. 

В эти годы в СССР активно обсуждались вопросы семьи, брака и отцовства. Это было связано с подготовкой нового Кодекса о браке и семье. Указ 1944 года серьезно ужесточил законодательство: признавался только зарегистрированный брак, а институт «матерей-одиночек» и проблема «алиментщиков» стали предметом ожесточенных дискуссий на страницах газет и в письмах граждан. Исследователи отмечают, что «проблема отцовства широко обсуждалась на протяжении 1950–196ст. гг.» .

В этом контексте истории о царе Шахрияре, казнящем жен, о неверности и её страшных последствиях, о мудрой женщине, которая ценой своего интеллекта спасает себя и других, звучали не просто как далекие восточные сказки, но находили живой отклик в обществе, пытавшемся заново выстроить отношения между мужчиной и женщиной после военной разрухи. Мужской взгляд на семью, измену и справедливость становился темой для дискуссий, и древние тексты предлагали для этого богатый материал.

В сердцевине этого великого сказочного цикла лежит трагическая и жестокая история царя Шахрияра. Разочаровавшись в женщинах, он решает мстить каждой из них, беря каждую новую жену на ночь и казня её наутро.

Причина такой ненависти — измена его первой, горячо любимой жены. В прологе, который задает тон всему повествованию, мы находим эту сцену. Царь застает свою жену не просто с другим, а с рабом, и это оскорбление усугубляется его социальным статусом.

«Так мстил он женщинам за то,

Что был обманутым женою —

Та с самым черным из рабов

Страсть утоляла днем порою…»

В классическом же переводе М. Салье эта сцена описана более прозаично, но от того не менее шокирующе. Вернувшись домой не вовремя, Шахрияр увидел, что его жена и невольницы веселятся с рабами-чернокожими. Самым страшным откровением для него стала сцена с его собственной женой:

«…и увидел он, что царица… уснула на постели, обняв черного раба, который спал с нею. Увидев это, свет в глазах Шахрияра померк… Он сказал себе: „Если уж такое случилось со мной, пока я был в городе, то какова же будет эта мерзавка, когда я уеду!“ И он вынул меч и отрубил обоим головы…»

Именно эта сцена, полная жестокости и боли, становится отправной точкой для истории Шахразады. Она добровольно идет во дворец, чтобы не просто спасти свою жизнь, но и исцелить душу царя, рассказывая ему ночь за ночью свои удивительные истории.

«Книга тысячи и одной ночи» от «Academia» — это больше, чем просто собрание сказок. Это памятник эпохи, образец полиграфического искусства и важная веха в истории востоковедения. Читая эти тома, мы прикасаемся к миру, где переплелись жестокость и мудрость, коварство и самопожертвование, и где Слово оказывается сильнее меча. А понимание исторического контекста — от цензурных правок 30-х до гендерных дискуссий 50-х — позволяет нам увидеть этот шедевр в новом, еще более глубоком свете.